В начале 70-х, после смерти диктатора Салазара, СССР начал налаживать контакты с Португалией. Одной из первых ласточек этих контактов стал обмен студентами. Звонит мне филолог Баранов и зовет на прием португальской делегации. Баранов самостоятельно изучал португальский, вот и захотел послушать, как он в оригинале звучит.

Сидим в зале, и вдруг Баранов начинает как-то подозрительно хрюкать...

А надо сказать, что нашим не удалось найти переводчика с португальского, поэтому взяли испаниста, который португальский сам выучил, тем более что языки похожие.

И сперва все идет гладко. Но потом речь заходит о том , что каждому португальскому студенту будет выдаваться стипендия. И тут переводчик делает ошибку: говорит «vaca» (корова) вместо «beca»(стипендия).

— А каждому студенту мы будем выдавать корову.

Заминка в португальских рядах.

— Зачем?
— Как зачем? На пропитание, проезд, развлечения. Каждому студенту корова будет выдаваться ежемесячно.
— Где ж держать столько коров? — тихо спрашивают португальские гости.
— Как это — где держать? У себя. С собой. Да, у себя в комнате. Преступность и воровство в нашей стране низкие, никто не покусится. Да и коровы у нас вообще-то небольшие, быстро кончаются...

Тут уже все понимают, что творится что-то неладное, и разговор аккуратно переводится в другие степи. А в креслах в зале лежим мы с Барановым и стараемся не сорвать мероприятие неуместными рыданиями.

(с) Юрий Ковшель