В начале 70-х, после смерти диктатора Салазара, СССР начал налаживать контакты с Португалией. Одной из первых ласточек этих контактов стал обмен студентами. Звонит мне филолог Баранов и зовет на прием португальской делегации. Баранов самостоятельно изучал португальский, вот и захотел послушать, как он в оригинале звучит. Сидим в зале, и вдруг Баранов начинает как-то подозрительно хрюкать... А надо сказать, что нашим не удалось найти переводчика с португальского, поэтому взяли испаниста, который португальский сам выучил, тем более что языки похожие. И сперва все идет гладко. Но потом речь заходит о том , что каждому португальскому студенту будет выдаваться стипендия. И тут переводчик делает ошибку: говорит «vaca» (корова) вместо «beca»(стипендия). — А каждому студенту мы будем выдавать корову. Заминка в португальских рядах. — Зачем? — Как зачем? На пропитание, проезд, развлечения. Каждому студенту корова будет выдаваться ежемесячно. — Где ж держать столько коров? — тихо спрашивают португальские гости. — Как это — где держать? У себя. С собой. Да, у себя в комнате. Преступность и воровство в нашей стране низкие, никто не покусится. Да и коровы у нас вообще-то небольшие, быстро кончаются... Тут уже все понимают, что творится что-то неладное, и разговор аккуратно переводится в другие степи. А в креслах в зале лежим мы с Барановым и стараемся не сорвать мероприятие неуместными рыданиями. (с) Юрий Ковшель