К шестидесяти годам Екатерина II располнела, отяжелела, ей часто становилось душно и жарко. На одном из балов императрица даже появилась с веером, которым часто и неуклюже обмахивалась, хотя раньше вееров терпеть не могла. Придворные стали переглядываться, скрывая улыбки. Наблюдательная Екатерина это заметила, и, не желая выглядеть смешной, спросила стоявшую поблизости фрейлину Варвару Голицыну: «Должно быть, я неловко держу в руке веер? ». Голицына, поклонившись, ответила: «Ваше Величество, эта рука создана не для веера, а для скипетра!».