При царе в нашем селе были церковь и кабак. При Советской власти их не стало. Но появились школа, больница, клуб, библиотека...
Щас этого ничего нет. Но есть церковь и кабак.
В нашем селе даже при царе не было церкви и кабака, но была школа и больница. При советской власти церки так и не появилось, но появилась чайная-рюмочная, клуб, дом престарелых и ясли-сад. Ну и больница со школой, конечно, остались. Сейчас клуба, больницы и дома престарелых нет, кабака тоже нет, а церковь так и не построили.
Из нашей деревни на одиннадцатичасовом автобусе каждый день в город ездит одна и та же бабка. И возвращается обратно на последнем в двадцать. Утром у неё денег на билет нет, а вечером она с кондуктором исправно рассчитывается за оба конца. Но расплачивается всегда мелочью по 50 копеек, по рублю, максимум, по два рубля.
У девчонки-кондукторши спрашиваю (местная, наша):
— Где бабулька деньги берёт? Если дети дают, но почему мелочью?
— У церкви она сидит. Но сама ярая атеистка и коммунистка. Правда, работать совсем не может, потому что руки не держат, а детей, видимо, нет. Местные верующие бабки пытались ей помогать, так она их граблями по улице гнала метров сто.
— Мне, — говорит, — не верующие подают, а просто люди.
— Так Вы же возле церкви сидите.
— Я сижу, где люди больше ходят и подают лучше. Подавали бы у школы или больницы, я бы там сидела. Бизнес — ничего личного!
Где-то кони пляшут в такт нехотя и плавно,
Вдоль дороги всё не так, а в конце подавно.
И ни церковь, и ни кабак, ничего не свято,
Нет, ребята, всё не так, всё не так, ребята.
Не, не, не… Ты высказывалась, что тебе капитализм нравится больше социализма, а про то что церковь становится потихоньку (хотя где там потихоньку!) важнее остального — мы еще не обсуждали))
Зайди для интереса в Александровскую больницу (ну или любую городскую, просто назвала ту, где была) и в ближайшую церковь — почувствуй разницу!
Жена сейчас в травме лежит, здание постройки конца 80-х, ремонт такой неплохой сделали, но, сука, даже стульев или табуретов в палатах нет и на весь тридцатиметровый коридор 4 диванчика трёхместных. А больше всего меня убило, то нет ни то то питьевой, просто кипячёной воды.
У девчонки-кондукторши спрашиваю (местная, наша):
— Где бабулька деньги берёт? Если дети дают, но почему мелочью?
— У церкви она сидит. Но сама ярая атеистка и коммунистка. Правда, работать совсем не может, потому что руки не держат, а детей, видимо, нет. Местные верующие бабки пытались ей помогать, так она их граблями по улице гнала метров сто.
— Мне, — говорит, — не верующие подают, а просто люди.
— Так Вы же возле церкви сидите.
— Я сижу, где люди больше ходят и подают лучше. Подавали бы у школы или больницы, я бы там сидела. Бизнес — ничего личного!
Вдоль дороги всё не так, а в конце подавно.
И ни церковь, и ни кабак, ничего не свято,
Нет, ребята, всё не так, всё не так, ребята.
На руку друга и вбитый крюк
И молимся чтобы
Страховка не подвела…
не живи прошлым! иди в будущее!
зы: голосавала?)
Неплохое будущее, скажи? Похерить образование и медицину и развивать религиозность))) ну а чо — бох поможет!
Ехать во Франкфурт? Охота было!
и эта, чота ваши права нарушыны, надо стукануть
Почему нарушены? Избирательные участки в консульствах.
потомуйшто слишком редко консульства у вас понатыканы
Зайди для интереса в Александровскую больницу (ну или любую городскую, просто назвала ту, где была) и в ближайшую церковь — почувствуй разницу!
Лет пять назад мне говорили, что на пациента в больнице выделяется 83 рубля в день…
Во-вторых, адреса твоего нема.