За микрорайоном, на краю помойки,
супердискотеку строила братва,
и, когда настало окончанье стройки,
пригласили мэра, мэр сказал слова


про досуг культурный и про меценатов,
типа молодежи надо отдыхать,
ну и взрослым тоже расслабляться надо…
Тут все оживились и пошли бухать.


Публика почище – в отделенье VIP’a,
с осетриной, водкой, баней и блядьми,
ну, а молодежи – бар дешевый типа,
танцы со стриптизом и диджеями.


Выпили по первой, по второй махнули,
жахнули по третьей – тут приехал поп:
«Ах вы, бусурмане, празднуете хули?
Бар не освятили, маму вашу в лоб!»


Урки обоссались, извиняться стали:
«Батюшка, простите, что не дождались!» --
Дали ему водки, денег насовали,
вывели на дансинг: батюшка, молись.


Батюшка кадилом помахал немного,
пробубнил молитву, окропил углы,
вышел к микрофону, попиздел про Бога
и вернулся важно к уркам за столы.


«Всё-то вы спешите, чада мои, чада,
чуть не позабыли Бога в суете.
Где тут у вас банька? Разговеться б надо.
Телки у вас те же? Не, вообще не те.


Ну-ка, Магдалина, подержи-ка веник.
Ох, ужо тебя я в баньке отдеру!» --
и пошел пластаться с девкой поп-затейник,
щекоча ей дланью бритую дыру.


Подойдя к девицам, покрутив им вымя,
с самой толстожопой удалился мэр,
а его помощник отвалил с двоими.
Многие бандиты взяли с них пример.


«Харя моя Кришна! А цыгане где же?» --
хлопнул себя по лбу главный уркаган.
Тут глава УБЭПа стал снимать одежду
и сказал: «А ну-ка, дать сюда цыган!»


Что ж до развлечений публики попроще,
то и там под танцы бойко шли дела,
девки с пацанами баловались в роще,
что возле помойки чахленько росла.


Много тою ночью целок поломали,
и по морде тоже кто-то получил,
но искать виновных стоит здесь едва ли:
Бог такой порядок нам установил.


Он придумал танцы, он придумал пиво,
девичью игрушку тоже сделал он…
А теперь, кто слушал, раздевайтесь живо,
здесь у нас не церковь, здесь у нас – притон.

Вадим Степанцов.