Сидим субботним вечерком с женой на даче, запиваем свежесобранную малину красным вином. Среди ягод неожиданно нахожу большую гусеницу сантиметра три, не меньше. Вытаскиваю ее, кладу на полиэтиленовую крышку для банки и угощаю двумя каплями вина. Гусеница делает несколько эпилептических движений и замирает, изредка подрагивая частями тела.
— Все, сдохла. Пьющая гусеница обречена на вымирание, — говорит жена.
— Черта с два! — возражаю я. — Она утром проснется. Максимум, с жутким похмельем.
Утром на крышке гусеницы не было. Я нашел ее по винному следу: она утонула в чашке с водой.