В дверь маленького кабинета, расположенного в секретной, закрытой от посторонних части Кремля, негромко постучали. Владимир Владимирович вздрогнул и оторвал взгляд от мольберта с незаконченной картиной, на которой был изображен Иисус Христос, разносящий топором в щепки голгофский крест. В дверь постучали еще раз. Путин, недовольно поморщившись, положил последний мазок и крикнул: «Войдите!». В кабинет зашел Дмитрий Песков, держа в руках тоненькую папку.
- Опять это ваше современное искусство, - скривившись, бросил он, глядя на холст. - Ваша речь для сегодняшнего выступления в Совете федераций, - протягивая папку Президенту, сказал пресс-секретарь. Пока Путин просматривал текст, Песков взял пульт от стереосистемы, из колонок которой мощными крещендо разрывалась 45-я симфония Гайдна и убавил звук.
- Дим, ну что за вульгарщина: «Закрыть этот «Манеж» к херам? – скривившись, заметил Путин.
- По-другому никак, электорат требует крови, - пожал плечами Песков.
- Достал меня этот бесноватый Энтео, он мне уже снится, завёрнутый в смирительную рубашку. Мечты… Дим, завтра в консерватории Тарья Турунен поёт, можно сходить?- встрепенувшись, спросил Путин.
- Владимир Владимирович, ни в коем случае! А то электорат догадается, что вы, прости, Господи, интеллигент. Вспомните, как после того, как вас журналисты засекли в Мариинке в 2002 году, ваш рейтинг сразу на 10 пунктов обвалился, - перекрестившись, с горячечной тревогой ответил Песков.
Путин вздохнул и посмотрел в окно, за которым пролетал истребитель СУ-27. «Ну почему я не Президент Франции», - в тысячный раз подумал он. Потом взял принесенную Песковым речь – нужно было готовиться к работе.