В детском саду на утреннике.
Воспитательница: а скажи-ка нам, Виталик, что такое: без окон, без дверей, полна горница людей?
Виталик: Нет.
Воспитательница: Что нет?
Виталик: Не полна, Марьиванна. пространство всегда есть. его не заполнить ни чем. Ваша позиция понимания пространства безнадежно устарела и принадлежит механистической парадигме. на субатомном уровне нет ничего, кроме пространства. вселенная увеличивается по экспоненте и объекты постоянно удаляются друг от друга и пространства между ними становится только больше, неправда ли, это печальная метафора и человеческих взаимоотношений? Мы постоянно отдаляемся, даже сейчас, Марьиванна, стоя на одном месте.
Воспитательница: вот и ты удаляйся, виталик. ну правда, уходи. а скажи-ка нам, Юленька, что-такое: висит груша, нельзя скушать?
Юленька: ЛАМПОЧКА!
воспитательница: правильно, Юленька! держи конфетку.
(Виталик неподвижно удаляется к выходу и исчезает в перспективе).
Воспитательница: а скажи-ка нам, Виталик, что такое: без окон, без дверей, полна горница людей?
Виталик: Нет.
Воспитательница: Что нет?
Виталик: Не полна, Марьиванна. пространство всегда есть. его не заполнить ни чем. Ваша позиция понимания пространства безнадежно устарела и принадлежит механистической парадигме. на субатомном уровне нет ничего, кроме пространства. вселенная увеличивается по экспоненте и объекты постоянно удаляются друг от друга и пространства между ними становится только больше, неправда ли, это печальная метафора и человеческих взаимоотношений? Мы постоянно отдаляемся, даже сейчас, Марьиванна, стоя на одном месте.
Воспитательница: вот и ты удаляйся, виталик. ну правда, уходи. а скажи-ка нам, Юленька, что-такое: висит груша, нельзя скушать?
Юленька: ЛАМПОЧКА!
воспитательница: правильно, Юленька! держи конфетку.
(Виталик неподвижно удаляется к выходу и исчезает в перспективе).